• Архив номеров
  • Погода:
  • знач. изм. знач. изм.
    EUR USD 25/11 75.47 -0.3419 EUR EUR 25/11 89.89 -0.0054

Архив

Последние комментарии

Новые темы форума

Объявления

Партнеры

Вопрос-ответ

Двум другим известным соединениям, которые тоже постоянно участвуют в параде на Красной площади - гвардейскому танковому Кантемировскому и гвардейскому мотострелковому Таманскому, - министр обороны накануне Дня Победы вернул прежнюю структуру и почетные наименования.
Закончился Парад пролетом шести самолетов Су-25, раскрасивших чистое небо над Москвой цветами российского флага. подробнее

Добавить вопрос

Имя
E-mail
Вопрос:
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Отправить

    О жизни смоленских крестьян в XIX веке

    2020-10-23 0
    О жизни смоленских крестьян  в XIX веке

    Смоленская губерния была типичным сельскохозяйственным районом России. Из 12006 поселений, зафиксированных статистическим описанием рубежа 1859-1860 г. городами являлись лишь 12 (губернский центр – Смоленск и 11 уездных городов). Города были небольшими. В Духовщине, Ельне, Красном, Юхнове численность населения в каждом не достигала и 4-х тысяч человек, а в некоторых едва превышала две тысячи. Красный впоследствии даже потерял статус города.

    Преобладающими типами поселения были деревни (крестьянское поселение без церкви (их насчитывалось 8736, или 75% к общему числу поселений) и сёла (селом называли более или менее значительные по числу дворов поселения с приходской церковью).
    Сельцом называли отдельно стоящую помещичью усадьбу со службами, в которой проживала часть крестьян, обслуживавших дворянскую семью, их в крепостную эпоху называли дворовыми.
    Кроме того, 37 поселений представляли собой один-два дома при монастырях и пустынях (первоначально так называли уединённое место, где жил отшельник, позже монастырь, возникший в безлюдной местности). В Смоленской губернии их числилось 3, а также 2 поселения при почтовых станциях, 17 мыз, 10 выселков и 7 слобод.
    Мызами в западных уездах называли загородную дачу, в некотором расстоянии от деревни.
    Хутор – это уединённая усадьба со скотным двором и прочими хозяйственными службами. В результате проведения столыпинской аграрной реформы хутора стали распространённым типом поселений (сельских).
    В конце XIX в. – начале XX в. уменьшилось количество селец, так как многие дворяне, распродав свои имения, нередко по частям, переселялись в города. Хирели сёла и деревни в местах речных пристаней и почти перестали функционировать в связи с проведением железных и шоссейных дорог. Росли поселения вблизи новых транспортных путей. Деревни и сёла на Смоленщине были небольшими.
    Отмечены некоторые особенности расположения сёл и деревень в восточных и западных уездах.
    В восточных уездах они располагались ближе к дорогам или на самих дорогах, имели более добротные избы, в западных – проходили подальше от дорог и выглядели плохо обустроенными.
    Западные уезды в течение длительного времени подвергались военным набегам, и крестьяне предпочитали селиться в стороне от дорог. Большинство сёл и деревень располагались на берегах озёр, вдоль рек, в таких случаях избы строили по обе стороны водоёма.
    Поселения имели прибрежно-рядовую планировку с ориентацией изб в сторону реки. Позади крестьянской избы строили хлев для скота. Изба, хлев и другие сельскохозяйственные постройки составляли двор.
    Обмолоченное зерно хранили в амбарах, которые стояли на некотором расстоянии от двора. Многие крестьяне имели крытые навесы, или сараи для хранения сена. Принадлежностью зажиточных крестьян или нескольких дворов середняков были овины и риги для сушки зерна.
    Овин – деревянное строение для огневой сушки в снопах перед молотьбой.
    Рига – большой сарай для естественной сушки снопов с местом для молотьбы.
    Принадлежностью иногда одного, чаще нескольких дворов, была баня – небольшой, невысокий деревянный сруб, проконопаченный мхом, с крохотным оконцем, низенькой дверцей и высоким порогом, с топкой по-чёрному.
    В деревне из колодца доставали воду с помощью журавля или ворота. Для хранения картофеля, овощей, мясных и молочных продуктов под домом или отдельно от него строили погреб. Общий вид деревенских построек был непрезентабельным. Известный публицист И.М.Красноперов в очерках писал: «Въезжая в деревню, вы видите ряд приземистых, почти ушедших в землю хат, крытых соломой, с узенькими, маленькими двумя или даже одним окном. Рославльский уезд – соломенный уезд. Соломой здешний белорус кроет свою хату, солома служит ему постелью, соломой всегда услан его двор, соломой он кормит своих тощих коров. Вместе с тем это и деревянный уезд. В избах железа не найти, кроме ножа, и сохи, и топора. В стену вбиты деревянные гвозди, деревянными гвоздями сколочены его сани и телеги с колёсами без шин, деревянными же боронами крестьянин боронил свою пашню». В Вяземском уезде крестьянские избёнки похожи были на кучу мокрого навоза, нежели на человеческие жилища.
    В смоленской деревне жили, конечно, и зажиточные крестьяне. Крестьяне-богачи строили себе более просторные дома, крытые дором (гонтом или черепицей), а некоторые постройки, например, амбары, покрыты железом.
    Богатых людей в деревне было мало. Практически все деревни были далеко неприглядны и с внешней, и с внутренней стороны. Хорошие избы были только у тех хозяев, которые во время крепостничества успели как-нибудь поднажиться.
    Топились многие избы по-чёрному. Освещались избы лучиной. У 2-3-х хозяев имелись настенные часы с гирями, у них же были и керосиновые лампы. Главной принадлежностью крестьянского жилища была русская печь. Она занимала до трети крестьянской избы. В Смоленской губернии сочетались западно-русский и северо-среднерусский тип планировки жилищ. В домах западно-русской планировки печь стояла у входной двери и была повернута к ней устьем, а в домах с северо-среднерусской планировкой устье обращено к противоположной от входа стене. В обеих типах по диагонали от печи находился передний, или красный угол избы. Это было самое почётное место в избе. Здесь на божнице (киоте) размещались иконы, перед которыми в праздничные дни горела лампада. Печь служила не только для обогрева жилища и приготовления пищи, а также готовили корм скоту. На печи, кроме того, и спали. Между печью и стеной устанавливалась деревянная кровать (в просторных избах). Постелью служил набитый соломой матрац и соломенная подушка. Простыней не было. Роль одеяла выполняла одежда – полушубок, зипун и т.д. Внутри избы вдоль стен делались стационарные лавки для сиденья, в ночное время они могли при необходимости использоваться и для спанья. Имелись и небольшие переносные лавки, заменявшие собой стулья. Посуду хранили на полке, которой служила доска, врубленная в стену на четверть от потолка.
    В жилой избе находился вместе с людьми скот, в особенности в зимнее время. Тут же могли находиться несколько собак, овцы с ягнятами, телята, среди избы можно было встретить целую кучу ребятишек, полунагих и грязных, а рядом с ними и свинью с поросятами. Люди жили крайне бедно и неряшливо. Мыть полы при таком положении нет возможности. Грязь на полу на ногах переносилась на печь и нары – их постель. Когда же накопится много грязи, тогда хозяйка берет железную лопату, поскребет, пометёт метлой – и дело с концом. Но и это делалось только перед большими праздниками – Рождеством и Пасхой. Жизнь людей была тяжела и безотрадна, царили нищета и бескультурье. Большинство крестьян бедствовало. Одежда и обувь крестьян была собственного изготовления.
    Летом мужчины ходили в жупанах или полужупанниках из домашнего серого или белого сукна. Зимой та же одежда, или просто один полушубок, на голове летом – картуз, а зимой – шапка купленная и редко – овчинная. Дома мужчины ходили в одних рубашках и набойковых штанах из льна. Подпоясывались тонким, плетёным, большей частью из красных ниток, поясом, на котором всегда можно увидеть ключ, а если кто курит, то трубку с чубуком, т. е. мешочком из разных лоскутов, в котором находится табак, кремень, огниво – кусок стали, а иной раз и деньги. Также просто одевались и женщины. Домашний костюм женщины состоял из толстой рубахи, сарафана, иногда ситцевого, а чаще – андарака – из простого домашнего сукна, окрашенного в красную краску, или из полосатой суконной юбки, платка на голове, жупана летом, а зимой шубы, на ногах, как и у мужчин, лапти.
    Праздничная одежда отличалась от будничной различными украшениями, вышивками, лентами, цветными головными платками и др. Ткани с орнаментом как для мужской, так и женской одежды, крестьянки изготавливали сами на ткацких станках, которые являлись обязательной принадлежностью любого крестьянского двора. Одежду берегли, сохраняя на долгие года. Те, у кого были сапоги, носили их по праздникам, в церковь. В тёплое время до церкви шли босиком и только дойдя до храма надевали обувь. Дети и подростки с ранней весны до поздней осени, когда выпадет снег, ходили босиком, а зимой из-за отсутствия обуви не выходили на улицу.
    Основным блюдом в народе были щи из кислой капусты, если её нет, заменяли квашеными бураками. Щи готовили из свежих овощей – свекольник, лебеда, крапива, щавель. Любимым кушаньем крестьян была густая гречневая каша. Щи да каша – основные блюда. Главной пищей являлся хлеб, основной продукт питания. Мужик не позволит бабе печь хлеб из какой муки ей вздумается. Она должна была приноровиться к рабочему сезону. Начиная с ранней весны, а особенно во время сенокоса, когда приходится работать очень много, ели свои лучшие хлеба. Чистой ржи мужик готовил немного, да и она была перемешана с землей и гнилью, добавляли мякину.
    «Чёрная субарь» – смесь ржи, гречихи, овса, ячменя и земляной пыли. Варили кисель – тонко смолотая овсяная мука, чёрная субарь – это самый дурной и трудноваримый хлеб.
    Ели крестьяне и картофельный суп, ячменный, приправляемые иногда салом, мясом. В пост варили щи, полевой горох, редьку, грибы заправляли конопляным маслом.
    Частыми были неурожаи, тогда крестьяне голодали и тогда крестьяне шли «в люди», «в кусочки». В избу за день могли зайти от 5-10 человек, просящих под именем Христа.
    Нищий – это специалист просить милостыню – это тоже ремесло.
    Он, большей частью, не имеет двора, ни собственности, ни хозяйства и вечно странствует с места на место, собирая хлеб, яйца и деньги. Нищий всё собранное натурой продаёт – превращает в деньги. Нищий – большей частью калека, больной, неспособный к работе человек. Немощный старичок, дурачок. Нищий одет в лохмотья, просит милостыню, иногда громко. Нищий по мужикам ходит редко: он трётся больше около купцов и господ, ходит по городам, большим сёлам, ярмаркам. Побираться приходит к тем, у кого есть двор, лошади, корова, овцы.
    Когда у мужика вышел весь хлеб и нечего больше есть, дети, старухи, старики надевали сумы и шли “в кусочки” побираться по соседним деревням. Побирающийся кусочками стыдится просить и, входя в избу, перекрестившись, молча стоит у порога, проговорив: «Подайте, Христа ради». Никто не обращает на него внимания, все делают свои дела, разговаривают, смеются, только хозяйка идёт к столу и берёт маленький кусочек хлеба от 2-х до 5 квадратных вершков и подаёт.
    Своего хлеба хватало только у богатых крестьян. У многих хлеб кончался уже к Рождеству. Но это не главная беда – прокормиться можно было в миру. Совсем было худо, когда нечем было кормить скот – его в миру не прокормишь. Чтобы прокормить скот, снимали солому с крыши.
    Крестьяне слыли ленивыми, вороватыми, тупыми, невежественными, чуть ли не сплошь пьяницами. Крестьяне были малообразованными, сплошь неграмотными.
    К концу существования крепостного права в сельской местности Смоленской губернии было всего 103 школы, в которых обучалось 2320 детей. Положение улучшилось во 2-й половине XIX века. С отменой крепостного права усилилось общение сельского населения с городскими жителями, с другим народом (Белоруссия, Украина, Прибалтика). Шёл процесс взаимодействия культур, их взаимного обогащения.
    В XIX веке был развит неземледельческий отход крестьян. Они уходили на текстильные предприятия Петербурга, Москвы, Подмосковья, на металлургические заводы Екатеринославской губернии, сахарные заводы Киевской губернии, заводы Брянска. Прожив долгое время в городе, они приобретали навыки и привычки городского пролетариата, одевались в костюмы городского покроя, демонстративно носили не лапти, а сапоги, вносили элементы городского быта в домашнюю обстановку, возвращались домой обогащенными житейским опытом. Местности, где был развит неземледельческий отход, отмечались более высоким уровнем грамотности по сравнению с теми, где лишь немногие и ненадолго отлучались на заработки.

    Елена Лаврова,
    сотрудник Ельнинского районного
    историко-краеведческого музея.

    Рубрики:

    Номер:


  • распечатать
  • отправить другу
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить

Регион

Новости

Фотогалерея

Каталог предприятий

    раскрыть списокскрыть список